От глотка распускаются крылышки вроде как у мотылька
После ста накрывает тебя доброта
До трехсот ты еще сожалеешь, что русские пьющий народ
А с ноль пять это можно простить и понять
И такая в душе благодать
 
Здесь возможно прожить, если только уметь
И с прибором ложить и ложиться под плеть
Но всегда улыбаться и петь
И никогда, никогда, никогда, ни за что не трезветь
И никогда, никогда, никогда, ни за что…
 
В десять лет, рановато еще изучать этот скользкий предмет
В двадцать пять поздновато уже начинать
К сорока ты становишься мудрым наставником молодняка
И до ста не трезвеешь уже ни черта, и такая кругом лепота
 
Здесь возможно прожить, если только уметь
И костюмчик пошить и протезом скрипеть
Но всегда улыбаться и петь
И никогда, никогда, никогда, ни за что не трезветь
 
Здесь возможно прожить, если только уметь
Без пожарных тушить, без наркоза терпеть
Но всегда улыбаться и петь
И никогда, никогда, никогда, ни за что не трезветь
 
Застывать на виду, в сумасшедшей толпе
И под музыку слышную только тебе, танцевать
Как ученый медведь
И никогда, никогда, никогда, ни за что не трезветь
И никогда, никогда, никогда, ни за что
 
И никогда, никогда, никогда, ни за что не трезветь
И никогда, никогда, никогда, ни за что не трезветь
И никогда, никогда, никогда, ни за что не трезветь
И никогда, никогда, никогда, ни за что